Я вернулся в Мюнхен, дорогие друзья и френды, и вновь нахожусь на связи с миром...

Schneegang


So ging er ohne zu wissen was
ihm diese Büsche zu sagen hatten,
doch irgend etwas
hatten sie ihm zu sagen, die
Büsche, die Bäume,

doch weiter und immer weiter
ging er durch das verschneite
Leben, durch die vereiste
Vergangenheit, an
den Zäunen vorbei, an den Häusern,

die ihn nicht sahen, in
die Zukunftsebene,
wo nur die Tankstellen
allwissend
leuchteten durch die Nacht.

Портрет Шарикова видели? Посмотрите: drugoi.livejournal.com/3090111.html

***

Через полчаса его закроют,
этот парк, где мы сейчас бродили,
заметенный тишиной и снегом.
Но еще мы медлим у решетки.
Возвращенье в мир всегда ужасно.

В сумерках мерцают ледяные,
слюдяные плоскости и формы,
грани… И следы мерцают тоже,
наши и не наши, вдаль и дальше
уходящие навстречу новой ночи.

Статуи в коробках позабыли
все свои божественные роли.
В ледяную пену Афродита
возвратилась. Мы не любим тоже
в этот миг друг друга. Мы не любим

никого и ничего. Вот так бы
и стоять всю жизнь, в таком безмолвье,
все следить за умираньем неба,
где еще в провалах изумрудных
тают, тлеют тонкие ресницы,

что упали с век смеженных солнца.
Так, прости меня! вот так стоять бы,
ни о чем не думая, не помня,
становясь одним огромным оком,
у пределов тьмы, за гранью света.

Свет другой светить здесь будет ночью.
Будут звери пробегать сквозь отблеск
звезд, сквозь отсвет города, и тени
проходить бесшумно и бесстрашно,
в чудном мире, недоступном сердцу.

Девятый выпуск "Второй навигации" появился в библиотеке ImWerden: imwerden.de/cat/modules.php

По мне, так одно из лучших русских периодических изданий по философским, историко-культурным и т.д. вопросам (не только потому что я там печатаюсь...:))

Борясь с упорно подтекающим холодильником, вспомнил я такую историю. В ранней молодости была у меня знакомая, имени которой как раз не могу сейчас вспомнить… Надя? Наташа? Эту Надю, или Наташу, встречал я тоже в какой-то, с тех почти забывшейся, давным-давно, конечно, разбредшейся по всему свету компании. Девушка была со странностями, мягко скажем, подолгу молчала, потом произносила что-то загадочное, так что все замолкали вокруг, а если и вступала в разговор, то отвечала, казалось, не столько на слова собеседника, сколько на свои же мысли по поводу этих слов. А затем вдруг становилась совершенно «адекватной», все вдруг понимали, что – умной, выяснялось, что – очень начитанной, тем более в своей области знавшей, казалось, все, все о Шенберге, все о Хиндемите. Занималась она, следовательно, музыкой, причем, кажется, более теоретически, чем практически. И всегда оставалась доброжелательной, слово плохого ни о ком, ни о чем  от нее нельзя было услышать (что в России редкость, а в Совдепии было, как мы помним, редкостью почти уже музейной…). Что-то временами ангелическое, ангелоподобное в ней проскальзывало… Заговорили мы как-то о том, кто что любит, кто чего не любит, кто что вообще ненавидит. «Ну, Надя наша ничего не – ненавидит», сказал кто-то. «Наташа наша ненавидеть вообще не умеет.» Тут она задумалась. Очень крепко задумалась. Долго думала. Наконец, с потемневшим лицом, промолвила: «Я только две вещи на земле ненавижу.» Все замерли. «Да, и какие же?». Опять пауза, молчание, мрачный взгляд, мрачный вид. Ничего ангелического в ней не было, ни намека. Четко, чеканя слова, как чеканит шаг офицер на плацу, выговорила она: «Быт и плебс».

Нет ли у кого-нибудь из Вас, господа, русского перевода книги Леона Блуа "Душа Наполеона"? Перевод сей вышел недавно в книге:
Леон Блуа Кровь бедняка. Толкование общих мест. Душа Наполеона: Избранная проза / Пер. с фр. А.Курт, А.Райской; Предисл. Н.Струве; Вступ. ст. Н.Бердяева. — М.: Русский путь, 2005. 
Меня интересует, собственно, перевод одного-единственного места, вот оно: 

Il n'y a pas un être humain capable de dire ce qu'il est, avec certitude. Nul ne sait ce qu'il est venu faire en ce monde, à quoi correspondent ses actes, ses sentiments, ses pensées; qui sont ses plus proches parmi tous les hommes, ni quel est son nom véritable, son impérissable Nom dans le registre de la Lumière.
Это в самом начале, во второй главке "Вступления". Если перевода нет, то как бы вы перевели эту фразу?
Буду бесконечно благодарен за любые указания.
 

 

Буду в Петербурге с 15 по 25 ноября... Имейте, так сказать, в виду, дорогие френды и друзья.

Одна из самых смешных фраз, встретившихся мне за последнее время: "Alessandra di Rudini had Russian blood in her veins; and so it is not surprising that one day, at the age of 34, she suddenly left home, horses, dogs and man, and became a nun." Anthony Rhodes: The Poet as Superman. A Life of Gabriele D'Annunzio. London 1959, p. 123.

Соглашаться не обязательно, но мысли высказаны интересные: shiropaev.livejournal.com/38054.html

Владимир Шубин выложил на своем сайте фотографии с только что прошедшего в Мюнхене "круглого стола" и за ним последовавшего чтения стихов: www.vladimir-schubin.narod.ru/Konferenzia.html
Сам себе никогда, конечно, не нравишься... Я не такой, клянусь...

Вот здесь есть видеозаписи бесед Джона Глэда с эмигратскими писателями: community.middlebury.edu/~beyer/ratw/glad
Из того, что я пока посмотрел, самым интересным мне показался разговор с Романом Гулем. Но вот, что любопытно! Он все время говорит "библиОтеки", а главное "СовремЁнные записки". Именно так, через Ё. Это, что же, неведомая мне литературная норма? или это у них в Пензе так говорили (Гуль был, как известно, пензяк)?

Вот стихотворение, которе писал я последний примерно месяц. Вполне ли оно закончено? Будем считать так. Просто уже нет сил с ним бороться...



В счастливом городе чужом,
где нам, похоже, были рады
бесчисленные водопады,
и водометы и каскады
стеклянным сыпали огнем.

В счастливом городе – о чем
переговаривались с виду
безмолвные кариатиды,
земной не ведая обиды
и небо подперев плечом?

В счастливом городе, вдвоем,
мы потерялись и пропали.
Какие открывались дали
за поворотом и углом…
Мы будем жить, нам обещали,

в счастливом городе – потом,
в конце концов, в другом начале,
когда уйдут за окоем
неодолимые печали,
когда-нибудь, когда умрем.

Митинг в защиту Петербурга от Газпрома и "примкнувших к нему товарищей" состоится 10 октября в 12.00 у Дворца спорта «Юбилейный»: http://vveshka.livejournal.com/26703.html?#cutid1

Замечательное настроение у людей: http://alik-manov.livejournal.com/371449.html
Я это понимаю, сам "всегда" хотел уехать и уехал, и другим желаю, естественно, кто хочет, но все-таки очень грустно.

В начале этого года опубликовал я в «Зарубежных записках» небольшие воспоминания о «психушках», в которых лежал в юности, «кося», как говорится, от армии: http://magazines.russ.ru/zz/2009/17/ma11.html
Среди прочего, я рассказывал там о несчастной, совершенно сумасшедшей старухе по фамилии то ли Седова, то ли Сизова, которую все так и называли «старуха Сизова» (или Седова) и которая уже много лет, если не десятилетий, лежала в инфекционном изоляторе больницы им. Кащенко, потому что когда-то, давным-давно, у нее был брюшной тиф и больница, где обычно содержались и, наверное, до сих пор содержатся так называемые «хроники», то есть уже напрочь неизлечимые безумцы, отказывалась принимать ее. С ней, или может быть с какой-то другой психиатрической старухой, за давностью лет уже трудно разобрать здесь что-нибудь, связан еще один эпизод, о котором напомнил мне мой друг Саша С. и который мне жаль было бы не рассказать. Старуха эта, Сизова, Седова ли, или еще какая другая, подбегала, говорят, ко всякому новому человеку, появлявшемуся в беспросветном ее заключении, с выражением восторга, счастья, неслыханной надежды на страшном своем лице и с криком: «Ты – Моцарт!». Затем она всматривалась в пришельца, в глазах ее появлялось сомнение, взгляд начинал блуждать, и теперь уж с выражением злобы, ненависти и презрения отходила она, бормоча: «Нет! Ты – не Моцарт!».
«Нет! Ты – не Моцарт!» Какой горький вздох – и какая горькая правда – о жизни, о человеческих отношениях, о Моцарте, наконец…

Интересная статья Александра Мелихова в "Неве": http://magazines.russ.ru/neva/2009/10/me17.html

Вот я тут во Франции сижу, недалеко от Нима, возле знаменитого римского акведука и собираюсь - очень вкусно - пообедать...

Посмотреть на Яндекс.Фотках

Вот бы и в России так: Сейм Польши приравнял коммунистическую символику к фашисткой. Теперь торговля предметами с серпом и молотом или портретом Ленина будет караться двумя годами тюрьмы. В случае если решение Сейма одобрит сенат и президент страны, безнаказанно использовать советские символы в Польше можно будет лишь в научных трудах, художественной литературе, фильмах и предметах искусства.
Мечты, мечты...